РЕГИСТРАЦИЯ НА ZOOM-КОНФЕРЕНЦИЮ
Пожарная безопасность в СНТ! Правила, регламенты, проверки.

22 июля в 20:30 Зарегистрироваться
Главная / Статьи / Станет ли сад городом?

Станет ли сад городом?

#официально #анализ

Творчески перечитаем вместе статью в Российской газете.

Констатируется факт, что «спасаясь от коронавируса и карантина, миллионы людей уехали жить из города на дачу. Но там нет ни участкового, ни хотя бы фельдшера, ничего, что хотя бы теоретически положено сельским населенным пунктам».

Понятно, что ни врачебной (кроме Скорой помощи), ни иной социальной инфраструктуры в СНТ нет. В статусе садоводства фельдшерско-акушерский пункт не построить. Кстати, в статусе садоводства и провести собрание (например, выбрать нового председателя и правление) не особо-то и удаётся сейчас. В условном «плюсе» маленькие СНТ, где менее 50 членов, то есть даже при 100% кворуме рисков нарушить Постановление Губернатора – минимум. В общем случае общее собрание собственников можно провести только в очной форме, а собираться пока запрещено.

А что происходит в реальной жизни?

Истекают полномочия председателя — банки начинают блокировать счета СНТ. Многие воспользовались возможностью продления полномочий «по письму», но это не бесконечная возможность, продляются полномочия, в зависимости от Банка, на месяц-два.

Мусор не вывезти, свет не починить, дорогу не отремонтировать. Во многих СНТ уже зреет экологическая катастрофа. А во многих – политическая. Есть пример переноса собрания на 2021 год «в связи с рекомендациями Союза Садоводов». Автором утеряно, к несчастью, фото весьма оригинального плаката на информационном щите СНТ… Верю, что «рекомендации» были прочитаны авторами плаката неверно. Но сам факт… По определению: на лицо нарушение прав садоводов. С другой стороны, проведение собрания — это тоже нарушение прав! Тех же самых садоводов…

Между тем, в Госдуме находится законопроект (единственный выживший из трёх), подготовленный главой Комитета по экономической политике Совфеда Андреем Кутеповым, который позволяет решать важнейшие вопросы деятельности дачного объединения в заочной форме. Председатель Союза садоводов России, член Комитета по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Госдумы Олег Валенчук рассказал «Российской газете» (Далее – РГ), что законопроект может быть принят уже в июле.

В интервью Олег Валенчук ответил на главные вопросы, которые в этом необычном (подтверждено личными ощущениями) году встали перед дачниками.

РГ:Готовы ли сами СНТ к заочной форме голосования? Ведь история с появлением новых вирусов может затянуться на годы…

Олег Валенчук (Далее – ОВ): Люди-то готовы к заочному голосованию, но технически на многих территориях страны это невыполнимо. Интернет в товарищества не проведен, а если он есть, то тарифы очень высокие. В телефоне по тарифу заложен интернет-трафик, но не на всех территориях он работает. Например, если рядом с СНТ есть вышка одного сотового оператора, то интернет от остальных операторов исчезает.

«Электронный председатель» (Далее – ЭП): нам думается, что проблема отнюдь не в технических возможностях, а в головах. И сервис «ЭП» рассчитан на включение «не могущих» и «непонимающих» в процесс заочного голосования.

ОВ: Люди готовы к заочному голосованию, но технически на многих территориях страны это невыполнимо. Нужно решить проблему доступности интернета, только тогда можно говорить о заочном голосовании как о массовом явлении. Прорабатываем этот вопрос.

ЭП: Необходимо просто понимание вопроса, а не ссылки на технические трудности. Работать надо над законодательным утверждением процедуры установления личности вне «интернета». Хотя бы – предположить возможность её наличия.

РГ: Как же все-таки сделать так, чтобы СНТ стало полноценным местом проживания? Чтобы сад стал городом?

ОВ: Механизм превращения СНТ в населенный пункт существует.

Что для этого нужно? Прежде всего всем членам и не членам СНТ проголосовать за это. Далее обратиться в муниципалитет с протоколом решения общего собрания о желании СНТ стать населенным пунктом. А потом дождаться решения муниципалитета.

Но есть несколько нюансов. Подобные перемены влекут за собой изменения генерального плана сельского или городского поселения, городского округа или района, а также схемы территориального планирования муниципального района, в границах которых расположена присоединяемая территория. Поменяется категория земли — с «земли сельхозназначения» на «земли населенных пунктов», а вид разрешенного использования земли — с «для ведения садоводства» на земли для личного подсобного хозяйства или индивидуального жилищного строительства. Что это значит? То, что вырастут налоги. Кроме того, ваш дом, который теперь станет неотъемлемой частью населенного пункта, будет вашим вторым жильем. То есть площадь дома будет учитываться при постановке на очередь на расширение жилплощади.

Иными словами, перевести-то можно. И муниципалитеты могут быть даже заинтересованы принять к себе дачников. Ведь вместе с ними придут и налоги. Но дачники должны взвесить все «за» и «против».

Есть примеры (и в Новой Москве, и в Подмосковье, и в Крыму), когда дачи входили в состав города, но так исторически сложилось. Это была не инициатива самих дачников.

ЭП: Комментировать нечего. Стихийно вброшенная «фича» за несколько месяцев в массовом сознании обрела статус закона. Более того – статус мечты. Однако, есть реальные примеры, когда СНТ становилось донором (по инфраструктуре) населенного пункта, или когда включение в состав населенного пункта приводила к полной деградации садоводства. В целом, финансовый анализ проблематики показывает, что СНТ в 99% муниципалам не нужны. Мечты, они такие…

РГ: Если не брать ситуацию с коронавирусом, много людей круглый год живут на даче?

ОВ: Круглогодично на дачах проживают процентов 10 от общего числа садоводов в стране. И их число увеличивается.

РГ: Прописаться на даче сейчас легко?

ОВ: Да, но при этом дом должен быть жилой. То есть утепленный, со всеми коммуникациями, в котором можно жить круглый год.

Если вы решили прописаться в СНТ, то в Москве и Московской области нужно подать документы в МФЦ. В других регионах надо действовать в соответствии с региональным законодательством: через паспортный стол или миграционную службу.

На дачах прописываются сейчас все чаще. У некоторых граждан это единственное место проживания. Такая ситуация, например, в Севастополе. Есть примеры, когда старшее или младшее поколение одной семьи переезжает на постоянное жительство на дачу.

ЭП: Актуальная проблема. Примерно такая же, как и затраты на почтовые уведомления об общих собраниях…

РГ: Многие горожане возвращаются на когда-то заброшенные участки. Как после нескольких десятилетий вновь начать ими пользоваться?

ОВ: надо просто приехать на свой участок и начать работу по его благоустройству. Это, я вам скажу, так затягивает, что вскоре, несмотря на тяжелый труд, человек уже не мыслит себя отдельно от дачи и удивляется, как раньше жил без нее. Такие «новые» садоводы, как правило, погашают долги по взносам, активнее участвуют в жизнедеятельности СНТ, тем самым обеспечивая себе и другим членам товарищества более комфортное проживание.

ЭП: Метко выразился один из наших подписчиков – «Что они там курят? Поделились бы уже…»

РГ: А много в России брошенных участков?

ОВ: В садоводческих товариществах — 10-15% земли, в некоторых СНТ — до половины.

РГ: И что — они так и ждут возвращения своих владельцев? Или их все-таки могут изъять?

ОВ: По закону могут, на практике — это редко происходит. Если участок не обрабатывается в течение трех лет, то это считается нецелевым использованием земли и подразумевает штрафы для физлиц в 50 тыс. руб., или 1,5% кадастровой стоимости объекта, если она установлена.

Прежде чем заброшенный участок попытаются изъять, нарушителя обязательно не раз уведомят о том, что его участок не используется по целевому назначению. Обратиться к владельцам может председатель товарищества, инспектор земельного контроля, муниципалитет, они же могут подать исковое заявление в суд об изъятии. Муниципалитеты неохотно идут на это, потому что им приходится выступать третьим лицом в суде, а судебный процесс длится от полутора до трех лет. Поэтому брошенные участки чаще всего так и остаются брошенными.

Садоводческое товарищество не имеет права ни продавать распределенные участки, ни сдавать их в аренду, даже если хозяин участка много лет не появлялся в товариществе.

Но бросают участки неудобные, выделенные в советские годы, как говорится, за тридевять земель. Те, что рядом с городами, куда есть удобный подъезд, рядом с железнодорожными станциями, практически все используются.

ЭП: Вот это – да. Вот это – проблема. Вот это – поле непаханое. «Заброшки» — боль. Что делает Союз садоводов? Предполагается, что ищет пути решения проблемы. Ну, видимо, ищет. Не находит. Не находит даже простого (хотя бы – доступного) пути самим СНТ получить сведения о собственниках. Заодно – из формулировки ответа видно насколько глубоко погружение уважаемого депутата в вопрос. Конечно. Все «заброшки» это неудобия. Да других вообще в природе нет!

РГ: Интересно, а огороднические товарищества сейчас существуют? Или эта форма не прижилась?

ОВ: Существуют, но идет их быстрое преобразование в СНТ. Дело в том, что земля под огороды выдавалась, как правило, пахотная, которая в то время по определенным причинам не использовалась государством. И выдавалась она в постоянное (бессрочное) пользование. Многие считали, это значит навсегда, но по законодательству бессрочное пользование означает — до первого требования государства вернуть ему землю. Именно поэтому на огородных участках запрещено возводить капитальные постройки.

Садоводческое товарищество не имеет права ни продавать распределенные участки, ни сдавать их в аренду, даже если хозяин много лет там не появлялся.

ЭП: Капитан Очевидность. Хеллоу, Кэп!

РГ: Сегодня дача — это скорее место отдыха или способ запастись овощами на зиму?

ОВ: И то и другое. Подчеркну, что, обеспечивая свою семью овощами-фруктами-ягодами, садоводы тем самым обеспечивают продовольственную безопасность страны. Прошло несколько этапов развития садово-дачной сферы. Сначала массово сажали картошку, потом массово отказались от нее. Был короткий период увлечения газоном, но его вскоре потеснили яблони, смородина, жимолость, цветы и т.д. Сегодня каждый садовод может с гордостью сказать, что у него на участке есть и что в сезон покушать, и что в зиму сохранить, и чем глаз порадовать.

РГ: Сколько в России дачных участков, какова их площадь, сколько ориентировочно дачников?

ОВ: По данным сельхозпереписи 2016 года, в России насчитывалось более 75 тыс. садоводческих, огороднических и дачных товариществ. В Едином государственном реестре недвижимости содержатся сведения почти о 10 млн садовых и огородных участков. Еще не менее 3 млн участков по разным причинам до сих пор не зарегистрированы. Общую площадь садовых и огородных участков можно оценить примерно в 1,5 млн гектаров. А садоводов и дачников у нас около 60 миллионов.

ЭП: То есть, в теории, садоводы могут образовать не только политическую партию, но и отдельное государство? Это сарказм. Это грусть.

Подведём неутешительные, как думается, итоги. В нижней палате Парламента есть свой человек. Это, несомненно, плюс. Представление о реальной (а опять же по меткому замечанию другого нашего подписчика – за два года ситуация перевернулась с ног на голову) жизни в СНТ у «своего человека» неверное. Есть даже шанс, что оно нарочно неверное. Это – минус. Есть надежда что «наверху» все наконец-то решат – это плюс. Надежда эта настолько несуразна, что это два минуса.

Вывод – надеемся на себя. Консолидируемся. Просвещаемся. И просвещаем! Находимся в тренде и отбрасываем устаревшие догмы. Сил нам!

14 июля 2020